=рассылка *Христианское просвещение*=

Благодать Господа Иисуса Христа, любовь Бога Отца и общение Святого Духа да будет с вами!

Тема выпуска: Великий Пост: Канон прп. Андрея Критского; субботы

Этот выпуск двойной, и для того, чтобы было удобней читать его частями, текст разделен чертой на 2 приблизительно равные части.

В связи с возникающими порой недоразумениями, помещаю следующее предуведомление:

Редактор-составитель рассылки (чьи контактные данные указаны в конце этого письма – выпуска рассылки), не является, как правило, автором текстов, которые в рассылке используются. Автор текста указывается перед текстом.

Пожалуйста, не пожалейте полминутки на то, чтобы оценить выпуск после того, как прочитаете его, или решите, что читать не будете. Хотя бы чтобы знать, что вы читаете рассылку, и я не трачу время впустую.
Благодарю всех, кто откликается на эту просьбу! :-)

Редактор

Автор: протопресвитер Александр Шмеман.
(Пер. с англ. матери Серафимы (Осоргиной).)
Из книги "Великий пост"
.
В интернете: на azbyka.ru (PDF!); на krotov.info.

 
серия "Православный церковный календарь";
серия "Жизнь по Евангелию"
 

 (примерно 3720 слов)

предыдущие части книги:
Великий пост: путь к Пасхе; подготовка к Посту;
• Великопостные богослужения 
(1)   (2);
Литургия Преждеосвященных Даров

 

> Глава 4. Постное странствие

> 1. Начало: Великий Канон

> Теперь нам надо вернуться к идее и опыту Великого Поста как духовного странствия, цель которого — перенести нас из одного духовного состояния в другое. Как мы уже сказали, большинство современных христиан не понимает этой цели Великого Поста и видит в нём только тот период года, когда они должны исполнить свои религиозные обязанности, причаститься (один раз в год!) и подчиниться некоторым ограничениям в пище, которые скоро будут возмещены полным «разрешением» поста в Пасхальные дни. И благодаря тому, что не только светские люди, но и многие священники, восприняли это простое и формальное понимание Великого Поста, его истинный дух почти исчез из жизни. Восстановление богослужебного и духовного значения Великого Поста — одна из важнейших и насущных задач наших, но восстановление это возможно только на основе подлинного понимания богослужебного ритма и строя великопостного богослужения.

> В самом начале Великого Поста, как тот исходный «тон», которым определяется вся великопостная «мелодия», мы находим великий покаянный канон св. Андрея Критского. Он разделен на четыре части и читается за Великим Повечерием, вечером, в первые четыре дня Поста. Его можно описать как покаянный плач, раскрывающий нам всю необъятность, всю бездну греха, потрясающий душу отчаянием, раскаянием и надеждой. С исключительным искусством св. Андрей переплетает великие библейские образы — Адама и Еву, рай и грехопадение, патриарха Ноя и Потоп, Давида, Обетованную Землю и выше всего Христа и Церковь — с исповеданием грехов и раскаянием. События священной истории явлены, как события моей жизни, дела Божии в прошлом, как дела, касающиеся меня и моего спасения, трагедия греха и измены, как моя личная трагедия. Моя жизнь показана мне, как часть той великой, всеобъемлющей борьбы между Богом и силами тьмы, которые восстают на Него.

> Канон начинается с глубоко личного вопля:

> С чего начну я оплакивать окаянные дела моей жизни? Какое начало положу я, Христос, нынешнему рыданию?

С чего начну оплакивать / злосчастной моей жизни деяния? / Какое положу начало, Христе, / нынешней песни плачевной?*

> Откуду начну плакати окаянного моего жития деяний? Кое ли положу начало, Христе, нынешнему рыданию?

> Один за другим раскрываются мои грехи в глубокой связи их со всё продолжающейся трагедией отношений человека к Богу; история первого грехопадения — это моя личная история:

> Я совершил преступление первозданного Адама; я знаю, что я отрешен от Бога и вечного Его Царства и сладости из-за моих грехов.

Первозданному Адаму в преступлении подражав, / познал я себя отлученным от Бога, / и вечного Царства, и сладости / из-за грехов моих.

> Первозданнаго Адама преступлению поревновав; познах себе обнажена от Бога, и присносущного Царствия и сладости, грех ради моих.

> Я потерял все божественные дары:

> Я осквернил одежду моей плоти, осквернил то, что было, Спасе, по образу и по подобию.

Осквернил я плоти моей одежду / и запятнал то, / в чем образ Твой, Спаситель, / и подобие.
> Я омрачил душевную красоту наслаждениями страстей...
> Ныне я разодрал первую мою одежду, которую мне в начале соткал Зиждитель, и поэтому я наг...
Омрачил я души красоту / страстей услаждениями...
Изорвал я ныне одеяние мое первое, / которое соткал мне Творец изначала, / и потому лежу наг.

> Оскверних плоти моея ризу, и окалях еже по образу, Спасе, и по подобию.

> Омрачих душевную красоту страстей сластьми...
> Раздрах ныне одежду мою первую, юже ми истка Зиждитель из начала, и оттуду лежу наг...

> Итак, в течение четырех вечеров девять песен Канона говорят снова и снова о духовной истории мира, которая в то же время — история и моей души. Слова Канона призывают меня к ответу, ибо говорят они о событиях и делах прошлого, смысл и сила которых вечны, поскольку каждая человеческая душа — единственная и неповторимая — проходит тем же путем испытаний, стои́т перед тем же выбором, встречается с той же высшей и важнейшей реальностью. Примеры из Священного Писания не просто «аллегории», как думают многие люди, считающие поэтому, что Великий Канон чересчур перегружен именами и происшествиями, не относящимися к ним. Такие люди спрашивают, зачем говорить о Каине и Авеле, о Соломоне и Давиде, когда проще было бы сказать: «я согрешил»? Они не понимают, что самое понятие слова грех в библейском и христианском предании имеет глубину и насыщенность, которых «современный человек» просто не в силах понять, и что поэтому исповедание им своих грехов глубоко отлично от настоящего христианского раскаяния. Действительно, та культура, в которой мы живем и которая образует наши современные взгляды, в сущности просто исключает понятие греха. Потому что грех это, прежде всего, падение человека с неизмеримой духовной высоты, отказ его от своего «высокого призвания». Но какое значение это может иметь для культуры, которая не знает и отрицает эту «духовную высоту», это «призвание» и оценивает человека не «сверху», а «снизу», — для культуры, которая если и не отрицает открыто Бога, то фактически вся, сверху донизу, материалистическая и потому рассматривает жизнь человека только с точки зрения материального благополучия, не признавая его высокого, трансцендентального призвания? В ней грех рассматривается главным образом как естественная «слабость», происходящая в основе от социального неустройства и поэтому исправляемая лучшей социальной и экономической организацией. Поэтому современный человек, если он и исповедует свои грехи, уже не раскаивается в них. В зависимости от того или иного понимания им своих «религиозных обязанностей», он либо формально перечисляет свои прегрешения и нарушения обрядовых правил, либо же говорит с духовником о своих «проблемах», ожидая от религии своего рода терапии, лечения, которое вернет ему счастье и спокойствие. Ни в том, ни в другом случае мы не видим раскаяния, потрясения человека, который, узрев себя как образ неизреченной славы, сознает, что он изменил этому «образу», запятнал и отверг его своей жизнью; нет раскаяния как печали о грехе, исходящей из самой глубины человеческого сознания, как желания вернуться, как отдачи себя Божьему милосердию и любви. Вот почему недостаточно просто сказать: «я согрешил». Эти слова приобретают свое подлинное значение и действенность только тогда, когда грех воспринят и пережит во всей его глубине и горести.

> Значение и цель Великого Канона именно в том и состоят, чтобы явить нам грех и тем самым привести нас к раскаянию. Но он являет нам грех не определениями и перечислениями, а неким глубоким созерцанием библейской истории, которая поистине есть история греха, покаяния и прощения. Это созерцание вводит нас в совершенно иную духовную культуру, призывает нас принять совершенно иное понимание человека, его жизни, его целей, его духовных «мотиваций». Канон восстанавливает в нас то духовное мироощущение, внутри которого раскаяние становится снова возможным. Когда мы слышим, например:

> Я не уподобился, Иисусе, Авелевой правде, никогда не принес Тебе приятного дара, ни дел божественных, ни жертвы чистой, ни безгрешной жизни.

С Авелем, Иисусе, я не сравнялся в праведности, / даров Тебе приятных не приносил никогда, / ни дел богоугодных, ни жертвы чистой, / ни жизни непорочной.

> Авелеве, Иисусе, не уподобихся правде, дара Тебе приятна не принесох когда, ни деяния божественна, ни жертвы чистыя, ни жития непорочного.

> — мы понимаем, что история первого жертвоприношения, так кратко упоминаемая в Библии, открывает нам нечто основное и в нашей собственной жизни, основное в самом человеке. Мы понимаем, что грех прежде всего есть отказ от жизни как приношения и дара, как жертвы Богу, или, другими словами — отказ от жизни для Бога и по Божьему. Мы понимаем, что корень греха — это отклонение нашей любви от высочайшего ее объекта. И благодаря этому откровению становится возможным произнести слова, бесконечно отдаленные от современного опыта жизни, но которые звучат глубочайшей правдой.

> Из праха создав жизнь, Ты вложил в мою плоть и кости, и дыхание, и жизнь: но, о Создатель мой, Избавитель мой и Судия, приими меня, кающегося.

Глину, как Создатель, оживотворив, / Ты даровал мне плоть, и кости, / и дыхание, и жизнь; / но, Творец мой, Искупитель мой и Судия, / кающегося прими меня!

> Брение здатель живосоздав, вложил еси мне плоть и кости, и дыхание, и жизнь: но, о Творче мой, Избавителю мой и Судия, кающася приими мя.

> Для того, чтобы по-настоящему «услышать» Великий Канон, требуется, конечно, знание Библии и способность усваивать значение библейских образов. Если в наши дни столь многие находят его скучным и не относящимся к нашей жизни, это происходит оттого, что вера их не питается из источника Священного Писания, которое для отцов Церкви было именно источником их веры. Мы должны вновь научиться воспринимать мир таким, каким он открывается нам в Библии, научиться жить в этом библейском мире; и нет лучшего способа научиться этому, как именно через церковное богослужение, которое не только передает нам библейское учение, но и открывает нам библейский образ жизни.

> Вот почему постный путь начинается с возврата к «исходной точке», к Творению мира, Грехопадению, Искуплению, к тому миру, где всё говорит о Боге, всё отражает Божью славу, где всё, что происходит, все события непосредственно связаны с Богом, где человек находит настоящие измерения своей жизни, и, найдя их, кается.

> 2. Великопостные субботы

> Отцы Церкви часто сравнивали Великий Пост с сорокалетним странствованием избранного народа по пустыне. Из Библии мы знаем, что для того, чтобы народ Его не впадал в отчаяние, а также для того, чтобы открыть ему главную и высшую Свою цель в течение этого сорокалетнего странствования, Господь совершил многие чудеса. По аналогии с этим странствием строят cв. отцы и свое объяснение сорокадневного Поста.

> Его конечная цель — Пасха, обетованная земля Царствия Божия. Однако и в конце каждой недели Великого Поста происходит как бы некая «передышка», некое предвкушение этой цели. Это два дня, суббота и воскресение, когда совершается Евхаристия; эти дни на духовном пути поста имеют особое значение.

> Начнем с субботы. Ее особое положение в церковном уставе, а также исключение ее из великопостного типа богослужения, требуют объяснения. С точки зрения «рубрик», о которых мы говорили выше, суббота не есть постный день, а день праздника, установленного Самим Богом: «<Благословил Бог день седьмой, священным его сделал, ибо в этот день Он пребывал в покое: Он окончил труды сотворенья и созиданья>» (Быт.2:3). Никто не может изменить или упразднить повеление Господне. Правда, многие христиане думают, что божественное установление субботы было просто перенесено на воскресенье, которое, таким образом, стало христианским днем отдыха и покоя. Ничто в священном Писании или священном Предании не подтверждает этого. Наоборот, у святых отцов и во всем раннем Предании воскресенье называется первым или восьмым днем, и, таким образом, подчеркивается его особенность и известная противоположность его по отношению к субботе, которая навсегда остается седьмым днем, благословенным и освященным Богом. Это тот день, когда было засвидетельствовано, что мир сотворен «добро зело» (очень хорошо) и таково его значение во всём Ветхом Завете, значение, которое сохранялось при Самом Христе и в Церкви. Это значит, что, несмотря на грех и падение, мир остался добрым Божиим творением; он сохранил то существенное добро, о котором возрадовался Господь: «<Бог оглядел Свое творение — оно было очень хорошо>» (Быт.1:31).


> Поэтому хранить субботу с самого начала означало, что жизнь может быть полной смысла, счастливой, творческой; жизнь может быть такою, какой Бог хотел, чтобы она была. И суббота, день отдыха, когда мы радуемся о плодах своих трудов, навсегда хранит благословение Божие, почивающее на мире и на делах его. Но эта преемственность христианского понимания субботы от ветхозаветного не только не исключает, а, наоборот, подразумевает и различие между ними. Во Христе ничто не остается неизмененным, ибо в Нём всё исполнено, все ограничения преодолены, всё наполнено новым смыслом. Если суббота, в своем высшем духовном смысле, являет присутствие Божественного «добро зело» (очень хорошо) в самой ткани «мира сего», то именно «мир сей» Христос явил в новом свете и претворил в нечто новое. Христос даровал человеку Царство Небесное, которое «не от мира сего». В этом и есть высший «просвет», благодаря которому для христианина всё делается новым. Всё добро «мира сего» и всего, что в нём, отнесено теперь к исполнению в Царстве Божием, в Царстве будущего века, которое явится во всей своей славе только после конца «мира сего». Больше того, этот мир, отвергнувший Христа, показал, что он во власти «князя мира сего», что «весь мир во зле лежит» (1Ин.5:19) и что путь ко спасению для него не через эволюцию, усовершенствования, «прогресс», а через Крест, Смерть и Воскресение. «То, что ты сеешь, не оживет, если не умрет» (1Кор.15:36). Таким образом, христианин живет «двойной жизнью», не в том смысле, что он совмещает свою «религиозную» и «мирскую» деятельность, но в том, что вся жизнь его становится «предвкушением» и приготовлением к Царству Божьему, что каждый его поступок призван стать знаком, утверждением и ожиданием того, что еще «должно наступить». Таков смысл кажущегося противоречия в Евангелии: Царство Божие — «посреди нас» и Царство Божие еще должно придти. Ибо тому, кто не познал Царства «посреди» жизни, не может открыться оно и как объект любви, ожидания и вожделения, к которым призывает нас Евангелие. Можно всё еще продолжать верить в наказание или награду после смерти, но никогда нельзя понять радость и силу христианской молитвы: «Да приидет Царствие Твое!» — «Ей, гряди Господи Иисусе». Христос пришел для того, чтобы мы могли ждать Его. Он вошел в жизнь во времени, для того, чтобы жизнь и время стали путем к Царствию Божию.

> Суббота, день Творения мира, день «мира сего», стала — во Христе — днем ожидания, предшествующим Дню Господню. Претворение субботы произошло в ту Великую и Святую Субботу, когда Господь «исполнив все дела Свои» почил (уснул) во гробе. На следующий день, «первый день после Субботы», Жизнь воссияла из животворящего гроба, мироносицам было сказано: «Радуйтесь!», ученики «<от радости никак не могли поверить и удивлялись>» (Лк.24:41), и начался первый день Нового Творения. В этом новом дне Церковь участвует и вступает в него в воскресенье. Но она всё еще живет и странствует в «мире сем», который в своей мистической глубине стал субботой, потому что, как говорит св. Апостол Павел: «вы умерли, и жизнь ваша сокрыта со Христом в Боге; когда <будет явлен Христос>, жизнь ваша, тогда <будете явлены и вы> с Ним во славе» (Кол.3:3-4).

> Всё это объясняет единственное в своем роде место субботы — 7-го дня — в богослужебном предании: ее двойной смысл, как праздника и как дня смерти. Это праздник, потому что в «мире сем», в его времени, Христос победил смерть и открыл вход в Свое Царство, потому что Его Воплощение, Смерть и Воскресение являются завершением Творения, которому Бог радовался вначале. Но это и день смерти, потому что в Смерти Христовой мир умер, и его спасение, завершение, преображение уже за пределами Смерти в «будущем веке». Богослужебное значение всех суббот годового круга связано с двумя всерешающими субботами: Воскрешение Лазаря, которое произошло в этом мире и было возвещением и «уверением» общего воскресения; и Великая и Святая Суббота Пасхи, когда смерть сама была побеждена и стала переходом в новую жизнь Нового Творения.

> В течение Великого Поста — это значение суббот выявляется особенно ярко, т. к. цель Поста — именно восстановить христианское значение времени как приготовления и странничества: «...<прошу вас, как скитальцев, странников, держитесь подальше от страстей, что ведут войну против души>» (1Пет.2:11). Эти субботы связывают великопостный подвиг с будущим исполнением и, таким образом, придают посту его особый, духовный ритм. С одной стороны, великопостная суббота есть «евхаристический» день, отмеченный совершением Божественной Литургии Иоанна Златоуста, — а Евхаристия всегда означает праздник. Однако, особый характер этого праздника состоит в отнесенности к Великому Посту, как странствию, терпению и подвигу. Это как бы «передышка», цель которой — заставить нас задуматься над конечной целью этого паломничества. На это особенно ясно указывает порядок чтений из посланий апостольских, выбранных для великопостных суббот из Послания к Евреям, центральная тема которого есть путь спасения, странствования, обещания, веры в грядущее.

> В первую субботу мы слышим величественное вступление Послания (Евр.1:1-12) с торжественным утверждением Творения мира, Искупления и вечного Царства Божия:

> «Бог, многократно и многообразно говоривший издревле отцам в пророках, в последние дни говорил нам в Сыне, Которого поставил наследником всего, через Которого и веки сотворил... Ты тот же и лета Твои не кончатся».

Многократно и многообразно говоривший в прошлом с нашими отцами через пророков, Бог в эти последние дни говорил с нами через Сына. Ему Он отдал в наследие мир, с Его помощью сотворил всю вселенную...
   Ты всегда тот же,
   и годам Твоим нет конца!**

> «Многочастне и многообразно древле Бог глаголавый отцем во пророцех, в последок дний сих глагола нам в Сыне, Егоже положи наследника всем, Имже и веки сотвори... Ты же тойжде еси, и лета Твоя не оскудеют».

> Мы живем в «эти последние дни» — дни высшего подвига. Во времени мы всё еще в «сегодня», но конец приближается. В субботу 2-й недели Поста читается (Евр.3:12-14):

> «Смотрите, братья, чтобы не было в ком из вас сердца лукавого и неверного, дабы вам не отступить от Бога живого. Но наставляйте друг друга каждый день, доколе можно говорить «ныне»... ибо мы сделались причастниками Христу, если только начатую жизнь твердо сохраним до конца».

Так смотрите же, братья, пусть ни у кого из вас сердце не будет столь злым и неверующим, что окажется способным отступиться от Живого Бога! Напротив, изо дня в день ободряйте друг друга, пока еще время зовется СЕГОДНЯ...! Мы ведь стали сподвижниками Христа, если, конечно, до конца сохраним ту твердость, что была у нас с самого начала.

> «Блюдите, братия, да не когда будет в некоем от вас сердце лукаво исполнено неверия во еже отступите от Бога жива. Но утешайте себя на всяк день, дондеже днесь нарицается... причастницы бо быхом Христу, аще точию начаток состава даже до конца удержим».

> Борьба трудна. Ценой страданий и искушений мы достигаем «обладания лучшим и навеки пребывающим». Поэтому поучение 3-й субботы побуждает нас (Евр.10:35-38):

> «...Не оставлять упования нашего, которому предстоит великое воздаяние. Терпение нужно вам, чтобы, исполнивши волю Божию, получить обещанное: ибо еще немного, очень немного и Грядущий приидет и не умедлит».

Так не теряйте мужества, оно приносит великую награду. Вам нужна стойкость, чтобы исполнить волю Бога и получить обещанное.
   Ведь осталось еще чуть-чуть,
   и придет Тот, кто должен прийти —
   Он не замедлит.

> «...Не отлагать убо дерзновения нашего еже имать мздовоздаяние велико. Терпения бо имате потребу, да волю Божию сотворше, примите обетование: еще бо мало елико елико, грядый приидет и не укоснит».

> Для этой борьбы мы должны вооружаться верой, надеждой и любовью, как утверждает чтение послания (Евр.6:10-12) в четвертую субботу:

> «Ибо не неправеден Бог, чтобы забыть дело ваше и труд любви, которую вы оказали во имя Его, послуживши и служа святым. Желаем же, чтобы каждый из вас для совершенной уверенности в надежде оказывал такую ревность до конца, дабы вы не обленились, но подражали тем, которые верою и долготерпением наследуют обетования».

Бог справедлив и поэтому не может забыть ваши дела и ту любовь, которую вы проявили во имя Его, служив и служа святому Его народу! Мы желаем, чтобы каждый из вас проявил такое же усердие до конца, то есть до исполнения надежды, чтобы он не обленился, а последовал примеру тех, кто, благодаря вере и стойкости, получает в наследие обещанное Богом.

> «Не обидлив бо Бог, забыти дела вашего и труда любве, юже показасте во имя Его послуживше святым и служаще. Желаем же, да кийждо вас являет тожде тщание во извещению упования даже до конца, да не лениви будете, но подражателе наследствующих обетования верою и долготерпением».

> Время сокращается, ожидание становится более напряженным, уверенность — более радостной. Это звучит в чтении послания (Евр.9:28) пятой субботы:

> «Христос, однажды принесши Себя в жертву, чтобы подъять грехи многих, во второй раз явится не для очищения греха, а для ожидающих его во спасение».

... Христос, однажды принесенный в жертву, чтобы унести грехи множества людей, во второй раз явится не для того, чтобы иметь дело с грехом, но чтобы спасти тех, кто Его дожидается.

> «Христос единою принесеся, во еже вознести многих грехи, второе без греха явится, ждущим его во спасение».

> Это последнее чтение перед Лазаревой Субботой, когда от времени ожидания мы переходим ко времени исполнения ожидаемого.

> Чтения Евангелия для великопостных суббот выбраны из Евангелия от Марка и тоже имеют свою последовательность.

> Евангелие первой субботы объясняет нам смысл и значение этой последовательности. Христос опровергает лицемерные запреты еврейских суббот и говорит (Мк.2:27-28):

> «... Суббота для человека, а не человек для Субботы: посему Сын Человеческий есть господин и Субботы».

Суббота создана для человека, а не человек для субботы. Поэтому Сын человеческий — господин и над субботой.

> «... Суббота человека ради бысть, а не человек для Субботы. Тем же Господь есть Сын Человеческий и Субботы».

> Наступила новая жизнь, началось воссоздание человека. В субботу 2-й недели Поста мы слышим, как прокаженный говорит Христу: «Если хочешь, можешь меня очистить... (Христос) сказал ему: хочу, очистись» (Мк.1:40-41).

> В 3-ю субботу мы видим, что вопреки всем запретам Христос «... ест с мытарями и грешниками...» (Мк.2:14-17).

> В 4-ю субботу в ответ на «добро зело» творения мира (Быт.1) Евангелие радостно восклицает: «... всё хорошо делает: и глухих делает слышащими и немых — говорящими» (Мк.7:37).

> Наконец, в 5-ю субботу всё завершается решительным исповеданием Петра: «Ты — Христос...» (Мк.8:29).

> Это принятие человеком тайны Христа, тайны Нового Творения.

> Великопостные субботы, как мы уже сказали выше, заключают в себе вторую тему или измерение: тему смерти. За исключением первой субботы, которая по церковной традиции посвящена святому Федору Тирону, и пятой — субботы акафиста, три остающиеся субботы — дни всеобщего поминовения всех «в надежде воскресения и жизни вечной» усопших в Господе. Это поминовение, как мы уже сказали, готовит и предвозвещает субботу Лазарева Воскресения и Великую и Святую Субботу Страстной недели. Его надо рассматривать не только как акт любви, как «доброе дело», но и как откровение «мира сего» в его смертности и умирании. В мире сем мы обречены на смерть, как обречен на нее и сам мир. Но во Христе смерть побеждена изнутри, она, как сказал Апостол Павел, потеряла свое «жало», стала сама входом в полноту иной жизни, «жизни преизбыточествующей». Для каждого из нас вхождение это началось в нашей крещальной смерти, которая делает мертвыми тех из нас, кто жив («...вы умерли» Кол.3:3), и живыми тех из нас, кто был мертв, потому что «смерти больше нет». В народном благочестии глубокое отклонение от подлинного смысла христианской веры сделало смерть опять черной. Это выражается черными (траурными) одеждами на похоронах и панихидах. Мы должны, однако, знать, что для христианина цвет смерти — белый. Молиться за умерших — не означает скорбеть и печалиться, и нигде это лучше не выявляется, как в связи общих поминовений умерших с субботами вообще, а в особенности с великопостными субботами. Радостный день Творения стал в грехопадении днем смерти; потому что «тварь покорилась суете»*** (Рим.8:20) и стала сама смертью. Но Христова смерть восстанавливает седьмой день, делая его днем нового творения, побеждая и уничтожая то, что превратило этот мир в торжество смерти. И главная цель Великого Поста — это восстановить в нас желание и надежду «откровения сынов Божиих» (Рим.8:19), этого исполнения христианской веры, любви и надежды. Этой надеждой «мы спасены... Надежда же, когда видит, не есть надежда; ибо, если кто видит, то чего ему и надеяться? Но когда надеемся того, чего не видим, тогда оживаем в терпении...» (Рим.8:24-25). Значение христианской смерти и нашей молитвы за умерших — это свет Лазаревой Субботы и радостный покой Святой и Великой Субботы.


* Где это возможно, мы дополняем данный в переводе книги русский перевод молитв и богослужебных песнопений, их переводом, сделанным иеромонахом Амвросием (Тимротом) (см.: azbyka.ru/bogosluzhenie/triod_postnaya/post.shtml).

** Поскольку приведенный в русском переводе книги Синодальный перевод текстов Нового Завета является во многом устаревшим, мы дополняем здесь этот перевод текстом в переводе В.Н.Кузнецовой.

*** Перевод Кузнецовой: "мироздание ... не исполняет своего предназначения". (Примечания редактора рассылки.)

Буду благодарен за материальную поддержку проекта.
Как это можно сделать, описано на странице messia.ru/pomoch.htm.

Здесь вы можете оценить прочитанный выпуск рассылки.
Заранее благодарен всем, кто выразит свое мнение.

Голосование эл. почтой: нажмите на ссылку, соответствующую выбранной Вами оценке, и отправьте письмо!
В теле письма можно оставить свои комментарии.
При этом, если Вы расчитываете на ответ, не забудьте подписаться и указать свой эл. адрес, если он отличается от адреса, с которого Вы отправляете письмо.
NB! На мобильных устройствах этот метод отправки письма может не работать. Поэтому, если Вы хотите задать вопрос редактору рассылки или сообщить что-то важное, надежней будет написать обычное письмо на адрес mjtap@ya.ru.

(затрудняюсь ответить)(неинтересно - не(до)читал)(не понравилось / не интересно) /

(малоинтересно)(интересно)(очень интересно)(замечательно!)

[при просмотре выпуска на сайте доступна функция "поделиться"]

www.messia.ru/r2/7/lp41_152.htm

Архив рассылки, формы подписки —» www.messia.ru/r2/
Сайт "Христианское просвещение" —» www.messia.ru

 »Страничка сайта вКонтакте«
»Страничка сайта в facebook«      »Форум сайта«

Буду рад прочитать Ваши мнения о представляемых в рассылке текстах –
в письме или на форуме. Постараюсь ответить на вопросы.


Божьего благословения!  
редактор-составитель рассылки
Александр Поляков, священник*
(запасной адрес: alrpol0@gmail.com)
<= предыдущий выпуск серии и часть книги