=рассылка *Христианское просвещение*=

Благодать Господа Иисуса Христа, любовь Бога Отца и общение Святого Духа да будет с вами!

Тема выпуска: Прощение для меня и прощение для других (2)

Этот выпуск двойной, и для того, чтобы было удобней читать его частями, текст разделен чертой на 2 приблизительно равные части.

В связи с возникающими порой недоразумениями, помещаю следующее предуведомление:

Редактор-составитель рассылки (чьи контактные данные указаны в конце этого письма – выпуска рассылки), не является, как правило, автором текстов, которые в рассылке используются. Автор текста указывается перед текстом.

Пожалуйста, не пожалейте полминутки на то, чтобы оценить выпуск после того, как прочитаете его, или решите, что читать не будете. Хотя бы чтобы знать, что вы читаете рассылку, и я не трачу время впустую.
Благодарю всех, кто откликается на эту просьбу! :-)

Редактор

Автор: Том Райт.   Перевод: М. Завалов.
Из книги: "Evil & the justice of God".
(Русский перевод издан под заглавием, данным издательством: "Тайна Зла. Откровенный разговор с Богом").

 
серия "Вопросы Богу";
серия "Жизнь по Евангелию";
серия "Основы христианской веры"

Подчеркивание соответствует "боковикам" в печатном издании.

 (примерно 3520 слов)

предыдущие части:
Новая проблема зла (1)   (2)
Что Бог может сделать с проблемой зла.
Ветхий Завет
(1)   (2)   (3)   (4)   (5)
Зло и распятый Бог (1)   (2)   (3)   (4)
Представь, что зла нет: Божье обещание освобожденному миру (1)   (2)   (3)
Прощение для меня и для других (1)

> 5. Избавь нас от Лукавого: прощение для меня и прощение для других

<.....>

> Окончательная победа Бога над злом

> Я должен начать с окончательной победы Бога над злом. В предыдущих главах я решительно отверг представления о том, что проблема зла может решиться на пути прогресса или эволюции общества. Если бы даже мир постепенно становился всё лучше и лучше и превратился бы, наконец, в идеальное место — хотя такая гипотетическая возможность должна была привести нас к здоровому цинизму, — это всё равно не решило бы проблемы всего того зла, которое было прежде. Я также отбросил возможность (боюсь, кого-то это разочаровало) немедленно найти ответ на вопрос, откуда произошло зло и что оно делает в благом творении Бога. Но мы можем и должны задать другой вопрос: каким образом, в тот момент, когда Бог наконец создаст новые небо и землю, обещанные в главе 21 Откровения, когда Он навсегда освободит творение от уз тления, чтобы оно участвовало в <свободе и славе> детей Божьих, как о том говорит Рим 8, когда Бог станет «всем во всём», покорив всех врагов, включая смерть, как о том возвещает 1Кор 15, — когда всё это свершится, каким образом этот мир избавится не только от зла, но и от гнева и обид и от бремени вины, связанных со всем тем злом, которое совершилось за долгие предшествовавшие тысячелетия существования человечества?

> Что сдерживает зло

> Ответ, я думаю, сто́ит поискать в трех местах: об одном из них мы говорили две главы тому назад, два других мы рассмотрим здесь. Во-первых, это смерть Иисуса, о которой, в разных ее аспектах, Новый Завет постоянно говорит как о средстве борьбы со злом и преодоления зла. Зло побеждено, его сила истощилась, хотя оно — что прекрасно понимали первые христиане — продолжает заражать мир и после этой трудной победы. Но есть и вторая вещь, опирающаяся на смерть Иисуса: Бог дает прощение, и это прощение не только освобождает мир от бремени вины, но также, если можно так сказать, освобождает самого Бога от бремени гнева на мир, который пошел неверным путем. И наконец, третье: Бог, доводя до конца свершившееся на кресте, одержит окончательную победу над силами зла, хаоса и смерти, показав, что они незаконно вторглись в Его благой мир, и лишив их всей той власти, которую они себе присвоили. И здесь уместно вспомнить название книги Туту «Нет будущего без прощения» — я могу сказать, что оно верно не только относительно обществ, которые пытаются выйти из тупика взаимных обвинений и вражды, но и на космическом уровне, и относительно самого Бога. А если это так, для нас еще важнее безотлагательно научиться жить таким образом, чтобы предвосхищать обетованное будущее Бога.

> Только в свете прощения обретают смысл те ошеломляющие картины будущего, которые мы видим в уже упомянутых новозаветных отрывках (из Откровения, Послания к Римлянам и Первого послания к Коринфянам) или в смелых словах Юлиании Норичской, которым вторил Т.С.Элиот: «Всё будет хорошо, и будет хорошо всё без исключения». Вне должного контекста это утверждение надежды может стать частью проблемы, а не описанием решения; если бы эти слова прозвучали в контексте оптимистичного либерализма или дешевой веры в прогресс, это бы значило: «Всё как-нибудь там разрешится само собой, так что не сто́ит чрезмерно беспокоиться». Но, разумеется, ни Юлиания Норичская, ни Элиот так не думали. Вполне реалистичная и практичная Юлиания хорошо знала этот мир с его муками и загадками, а Элиот приходит к такому выражению надежды в стихах «Литтл Гиддинг», в конце своих «Четырех квартетов», где так много говорится о сомнении и смерти, и к концу своего пути в «Пепельной среде» и в «Бесплодной земле», когда его талант достиг своей вершины.

> Мы можем увидеть нечто похожее на такой долгий путь в «Изгнании и объятии» Мирослава Вольфа. Похоже, сначала Элиоту нужно было отвергнуть всё то зло, которое он видел вокруг себя, чтобы заговорить не об оптимизме, но о надежде. Но мы, выросшие в 1960-х, 1970-х и 1980-х, слишком быстро переходим прямо к «объятьям», не заботясь об «изгнании» зла. А это невозможно. Книга Вольфа решительно отвергает нездоровое либеральное богословие прошлого, которое позволяло легкомысленно говорить «всё будет хорошо», не предлагая пройти через огненную и водную смерть, о которой писал Элиот. Вопрос, который ставит Вольф, можно сформулировать примерно так: как может Бог привести мир к ситуации «всё хорошо», где действительно существует хорошее положение всех вещей, учитывая всё то ужасное, что происходило и, хуже того, продолжает происходить? Да и будет ли это вообще справедливым?

> Божий замысел о мире и человеке

> Именно такую проблему ставит автор Откровения, описывая в главах 4 и 5 величественную сцену в тронном зале. Четыре животных воспевают «Свят, свят, свят», двадцать четыре старца, сняв с себя венцы, поклоняются престолу, однако Сидящий на престоле держит свиток, исписанный с двух сторон и запечатанный семью печатями, и никто не достоин раскрыть свиток и снять с него печати. Кажется, осуществление замысла Бога, который желает исправить мир и завершить дело творения, приостановлено, потому что Бог создал такой мир, за которым должен ухаживать поставленный им на это дело человек, но ни один из людей не в состоянии осуществлять замысел Божий. Так Откровение говорит о проблеме зла: у Бога есть замысел о мире, но он невыполним без радикального переустройства творения, потому что творение устроено так, что им может управлять лишь носитель образа Божьего, человек. И Откровение предлагает свой ответ на проблему: Агнец победил, он разрушил силы зла и затем (Откр 5:9-10) искупил людей из всякого народа и сделал их царственным священством, чтобы они служили Богу и царствовали на земле.

> Эта тема, о которой так часто говорит Новый Завет и которую так мало принимает во внимание христианское богословие, относится к решению проблемы. На кресте была одержана победа, но это не значит, что после этой победы больше нечего делать. Скорее, в результате победы Креста на земле появились искупленные люди, которые теперь готовы стать мудрыми служителями Бога, Его управляющими, которые постоянно поклоняются Творцу и потому способны отражать Его образ творению, вносить Его мудрый и целительный порядок в мир, исправлять мир под Его справедливым и добрым управлением.

> Подлинно библейская экклезиология должна в первую очередь посвятить свое внимание не Церкви как общине спасенных, но Церкви как общине тех, кто, получив искупление крестом, стал царством и священниками, чтобы служить Богу и царствовать на земле. Мы утратили понимание этой библейской темы, с одной стороны, из-за боязни впасть в триумфализм, с другой — из-за обедненного представления о нашем конечном предназначении, которое нередко сводится просто к идее «отправиться на небо». Но если мы не вернем эту тему на должное место, мы не сможем увидеть то окончательное решение проблемы зла, которое нам предлагает Новый Завет.

> Как Бог упразднит зло

> Бог должен исправить мир, причем Он намерен сделать это в соответствии со своим изначальным замыслом о творении. Можно понять, что Бог, искупив в Иисусе себе народ и дав ему власть над миром, так сказать, снял с себя все подозрения. Зло было побеждено на кресте, так что теперь оно уже не может вечно шантажировать Бога. Впервые я наткнулся на эту тему, читая замечательную книгу К.С.Льюиса «Расторжение брака», где один из героев, Джордж Макдональд, объясняет, почему ни один человек, окончательно отвергший любовь и милость Бога, не сможет требовать выкупа от Божьего нового мира. В смысле нравственной неграмотности положение нашей культуры еще хуже, чем оно было во дни Льюиса, потому что теперь мы признаём моральную высоту исключительно за жертвой (или тем, кто претендует на роль жертвы), так что мы инстинктивно чувствуем вину перед любым человеком, который не пришел на праздник, или который еще не верит в то, что на его проблемы существует ответ, или который пока еще не свободен от гордости, чтобы принять дар прощения, который предлагает Евангелие. На этом основаны высокопарные утверждения универсализма: искупленные, говорят нам, не смогут наслаждаться на небесах, пока в аду осталась хоть одна душа. Разумеется, подобные обращения к чувству вины относительно того, кто остался в стороне от праздника, дает последнему необыкновенную власть, так что он даже может навсегда наложить вето на победу благодати.

> Это — ситуация «собаки на сене», когда кто-то сам не радуется празднику, но одновременно намерен помешать радости всех остальных. Зло любого рода, прошлое и настоящее, пребывающее в коллективной памяти, обладало правом напоминать о том, что Бог не может создать совершенный новый мир, потому что он еще не уплатил нравственного долга, — это право зла упраздняет, с одной стороны, крест, победивший силы зла, с другой — создание нового Божьего мира, который станет исцелением, а не разрушением мира старого, при участии искупленных служителей творения. Божье прощение, последствие победы над злом на кресте, означает, что и сам Бог, мудрый Творец, получает оправдание. (Именно поэтому, между прочим, подлинное христианское богословие само по себе есть дело искупления — попытка понять и выразить словами правоту и славу Творца, который, во-первых, создал мир именно таким образом, а во-вторых, именно так его искупил, прямо связана с призванием человека как служителя творения, который вносит Божий порядок в умы и сердца других, а потому помогает им как поклоняться истинному Богу, так и участвовать в осуществлении Его замысла.)

> Как человек может победить зло сегодня

> Когда мы предлагаем кому-то подлинное прощение, мы освобождаемся от власти зла, совершенного им в прошлом, даже если этот человек отказывается принять прощение и остается в состоянии вражды к нам; подобным образом, когда Бог дарует подлинное прощение своим грешным созданиям, Он уже не связан злом, которое они совершили в прошлом, даже если эти создания отказываются принять Божье прощение. В противном случае ворчун, брюзга или старший брат блудного сына продолжали бы стоять на моральном пьедестале вечно. Как я уже говорил, это не объясняет происхождения зла, но, думаю, это помогает нам понять, почему в новом Божьем мире тень совершенного в прошлом зла не будет омрачать всю картину. Ладно, скажете вы, допустим, Бог может простить зло, совершенное в прошлом. Но что можно сказать о зле, которое пережили евреи во время холокоста, об убитом человеке и его семье, о жертве изнасилования, о семье человека, которого сбил пьяный водитель, о родственниках тех, которых погубили террористы? Имеет ли Бог право говорить об упразднении такого зла, может ли Он сделать его небывшим? Не будет ли это тем же самым преуменьшением значения зла, как когда мы говорим, что на самом деле оно не так уж и страшно? И вправе ли Бог сказать, что Он прощает преступника, от рук которого пострадал не сам Бог, а Джон Смит?

> Здесь я хочу сделать еще один шаг, опираясь именно на такое понимание прощения, о котором мы говорили во всей этой главе. В Божьем новом мире все люди избавятся от смерти, болезней, тления и тому подобного, их тела после воскресения не будут подвластны этим вещам, точно так же обновится их нравственное Я, их мышление и чувства. И после этого обновления они обретут способность прощать во всей полноте и бесповоротно всё причиненное им зло, так что оно уже не будет их беспокоить или заражать. Конечно, чтобы это себе представить, нам следует совершить скачок в своем воображении, даже если мы будем думать о своей жизни, относительно свободной от мучений, причиненных другими, если же мы вспомним о нравственных, физических и эмоциональных страданиях некоторых людей последнего столетия, это может показаться просто невозможным. Но это следует из обетования воскресения, которое кажется невероятным, если мы знаем только лишь мир распада и смерти и забываем о Господе жизни, который жил среди нас, умер и снова восстал. Как физическое разложение и смерть потеряют власть над нашими воскрешенными телами, так и нравственная порча и разрушение, которыми нам угрожает устойчивое существование зла, — постоянные обиды, неутихающий зуд ревности или злобы, которые можно назвать нравственными и духовными эквивалентами физического распада и болезней, — потеряют власть над нашими чувствами и нравственной жизнью в грядущем мире. Фактически мы призваны прощать в нынешнем мире потому, что именно так будем жить в будущем. Скоро мы поговорим об этом подробнее. Но сейчас нам важно понять (и это самое важное в данной книге, это окончательный ответ по крайней мере на один определенный аспект зла), что в будущем мире не только Бог будет свободен от нравственного шантажа со стороны неразрешенного зла, но и мы сами. «Грех не будет над вами господствовать», — говорит Павел (Рим 6:14), и это можно считать обетованием, относящимся не только к нынешней нравственной жизни, но и к будущему полному блаженству. Вот как мы избавимся от Лукавого, вот в чём будет состоять окончательный ответ на молитву Отче наш.


> Участь злодеев

> Мне кажется, что именно на это указывает один из величайших и трагических Псалмов, Псалом 72. В его начале псалмопевец сетует на нечестивых. Они всё время совершают зло и выходят сухими из воды. Псалмопевец завидует им (стих 3); они насмехаются над Богом, но это сходит им с рук (стихи 10-12); из-за них праведнику начинает казаться, что служение Богу просто лишено смысла (стих 13-14). Но вот псалмопевец идет в святилище Бога, в то место, где небо соприкасается с землей, и здесь начинает видеть всё иными глазами. В итоге нечестивые ответят за свои поступки, потому что они стоя́т на скользких путях и готовы упасть (стихи 18-19), но это еще не всё: когда ты проснешься, они станут для тебя чем-то вроде сновидения (стих 20). Они будут напоминанием о том, что уже никакая сила не сможет нас запугать или ожесточить, пробудить в нас зависть или злость. Так мы будем себя чувствовать (как об этом говорит псалмопевец в стихах 21 и 22), оглядываясь из будущей жизни на нынешнюю: здесь мы всё еще являемся жертвами горечи и злости, зависти и вражды, и хотя мы, христиане, ведем с этими вещами непрерывную борьбу, мы знаем, что они всегда гонятся за нами по пятам. Но когда мы смотрим на это из Божьего храма, того места, где небо пересекается с землей, мы видим иную реальность:

Я с Тобою всегда,
и Ты за руку держишь меня.
Ты мудро меня направляешь,
Ты со славою примешь меня.
Кто еще мне нужен на небе?
С Тобой никто на земле мне не нужен.
Тают тело мое и разум,
моя скала, мой удел — Бог, навеки!*

> Какой мир обещает нам Библия

> Разумеется, можно было бы говорить об этом подробнее, но здесь есть, по крайней мере, хорошее начало. Библейская картина нового Божьего мира, в котором нет греха, несправедливости, смерти и подобных им вещей, резко отличается от утопий тех, кто думает, что мир будет улучшаться просто под влиянием прогресса, так что его золотое будущее будет построено на страданиях людей прошлого. Это вульгарная пародия на библейскую картину. Новый Завет обещает нам мир, в котором прощение исходит не только от Бога, но и от всего народа Божьего. Радость искупленных отчасти будет стоять и на том, что они обретут способность во всей полноте и бесповоротно прощать всё причиненное им зло, так что их блаженную жизнь не будет омрачать тень прошлого с его страданиями и несправедливостью. Эта картина сродни другому хорошо известному библейскому образу, который использовал Иисус в своей прощальной речи, чтобы показать отличие настоящего от будущего:

Рожая, женщина мучится,
ибо пришел ее час,
а родив ребенка, забывает о муках,
радуясь, что родился в мир человек.
И вы тоже печальны теперь,
но Я увижу вас снова —
и сердце ваше наполнится радостью,
эту радость у вас никому не отнять.**

> И я думаю, отчасти эта радость будет связана с тем, что не только физическая, но и психическая боль неудовлетворенной злости и горечи останется позади, когда мы сможем во всей полноте и окончательно прощать так же, как были прощены сами.

> Я прекрасно понимаю, что рискую здесь услышать одно обвинение, которое часто выдвигают атеисты, агностики и даже многие христиане: поскольку я утверждаю, могут сказать мне, что в будущем мире всё будет хорошо, тем самым я говорю, что жизнь нынешнего мира не слишком много значит. Я уже не раз возражал на это обвинение, указывая на то, что обетование о новом Божьем мире и телесном воскресении заново утверждает, что этот мир хорош, а вовсе не призывает о нём забыть, и что подлинная вера в воскресение ведет не к отказу от забот о нынешнем мире, но, напротив, порождает решимость нести жизнь будущего мира в настоящее — как можно шире и как можно больше. Нечто подобное я могу сказать и в защиту того предположения, которое высказал выше. Это вовсе не утверждение всё на самом деле прекрасно», которое позволяет нам беспечнее относиться ко злу во всех его формах, напротив, представление о Божьем будущем заставляет нас с удвоенными усилиями стремиться к прощению, которое дает победу над злом уже в нынешнем мире. И это своевременно подводит нас ко второму разделу данной главы

> Прощение сегодня

> Я попытался показать, разумеется, не вдаваясь в подробности, что окончательный ответ на проблему зла — это coздание нового мира, нового неба и новой земли, которым будет управлять искупленное и обновленное человечество, подчиняя его мудрому и целительному порядку Бога. Я утверждал, что зло, продолжающее действовать в нынешнем мире, будет лишено возможности с помощью нравственного шантажа наложить запрет на творение нового мира, потому что сила прощения, органически связанная с силой воскресения Иисуса, позволит и Богу, и Божьему народу освободиться от бремени прежнего человеческого зла.

> Бог и ваш список добра и зла

> Для этого не требуется, чтобы все люди пришли к покаянию и пожелали участвовать в радости нового Божьего мира, хотя это было бы прекрасно. Новый Завет постоянно предупреждает нас о том, что решения, которые мы принимаем в нынешней жизни, особенно когда выбираем, кем мы хотим быть, имеют долговременные последствия, к которым сам Бог относится достаточно серьёзно. Но сколько бы мы ни сидели в сторонке с недовольными лицами, мы не сможем помешать Богу устроить Его праздник без нашего участия. Нам дано право остаться в стороне, Бог вправе нас убеждать и звать, но <откормленный теленок> будет съеден***, даже если мы не пойдем на праздник, Тот же, кто откликнется на приглашение Бога, будет праздновать, вместе с Ним освобождение от зла.

> И здесь я хотел бы сказать, что христианин призван, среди прочего, предвосхищать эту эсхатологию в настоящем и пользоваться Божьим будущим, чтобы менять положение вещей в настоящем и предвкушать окончательное освобождение от зла, учась уже сегодня ослаблять его узы. Иисус учил нас молиться, и он оставил нам одно удивительное прошение с оговоркой: «Прости нам долги наши, как и мы прощаем должникам нашим». В одной ужасающей притче Иисус предупреждает, что если мы не простили, нам самим не сто́ит рассчитывать на прощение: это притча о слуге, которому простили огромный долг, но который затем отказался прощать крохотный долг своему приятелю, так что то прощение было аннулировано (Мф 18). Это может показаться слишком жестоким положением, и я сейчас вернусь к данному вопросу. Но сначала я хотел бы сделать несколько замечаний относительно одного возражения против прощения. Здесь я снова солидарен с книгой «Изгнание и объятие» Мирослава Вольфа.

> Вопрос станет понятнее на трех примерах дискуссий о прощении в современном мире. Многие из нас в течение нескольких лет участвовали в кампании за оставление огромных и неоплатных долгов беднейших стран мира. Причем политики, банкиры и другие часто в ответ говорят нам, что долг прощать нельзя. Это значило бы, что знакомый им мир перестал бы существовать. Люди должны понимать: если они что-то берут, им придется что-то возвращать. Это не совсем так, потому что даже с точки зрения секулярного гуманизма или даже чистой корысти прощение долгов может иметь позитивные последствия, потому что должники получают возможность вступить в более зрелые взаимоотношения сотрудничества с окружающим миром. Банкиры в основном подчеркивают то, что прощение подрывало бы серьезное отношение к долговым обязательствам.

> Сила прощать зло

> Нечто подобное происходит, когда ты говоришь людям в Северной Ирландии или на Ближнем Востоке, что если они хотят двигаться вперед, их сообщество должно кого-то простить. В ответ на это можно услышать поток возражений. Так, можно вспомнить одну известную историю. Дочь одного жителя Северной Ирландии погибла в результате взрыва, и когда тот заявил, что прощает виновников ее смерти, многие люди, включая христиан, стали говорить, что этот человек просто выжил из ума. Два главных противника на Ближнем Востоке придерживаются религий, которые никогда не считали прощение ни долгом, ни добродетелью, но, скорее, чем-то вроде нравственной слабости — и здесь под «нравственной слабостью» нужно понимать не просто невозможность следовать нормам, но порок понимания безусловных моральных законов. Ницше с этим согласился бы: прощение удел тру́сов. В центре такой морали сто́ит определенное представление о справедливости. Дурной поступок должен повлечь за собой соответствующее воздаяние. Прощать людей, сказали бы обе стороны конфликта, равносильно несерьёзному отношению к справедливости, под которой понимается справедливое возмещение убытков и наказание за те зверства, которые, как искренне думают обе стороны, совершили противники. Дело здесь не в том, что они не желают прощать или что это слишком трудно. Они страстно верят в то, что это было бы безнравственным действием и глубокой ошибкой. Это, однако, не противоречит тому, что говорит Вольф и согласные с ним авторы, для которых признать совершившееся зло — первый шаг к прощению, а не альтернатива прощению.

> И наконец, третий пример: подобные возражения мы слышим в незатихающих спорах вокруг такого мучительного вопроса, как уголовное правосудие. Мы уже говорили о том, что общественное мнение по этому вопросу в течение нескольких последних десятилетий колебалось между двумя полюсами. Преступники злы и должны сидеть в тюрьме (если не хуже). Преступники — жертвы «системы» и потому достойны жалости. Преступники нездоровы, и их следует лечить. И затем всё возвращается к исходной точке: жертвы преступлений — это реальные жертвы, заслуживающие нашей заботы, так что нам не следует считаться с потребностями (или правами) преступников. В некоторых западных странах начались эксперименты с разными вариантами «восстановительного правосудия», когда (эта идея была заимствована из мудрости прошлого, которая иногда еще встречается у некоторых «примитивных» народов!) семьи и друзья и преступника, и его жертвы вместе обсуждают произошедшее и намечают пути решения проблемы, но эти вещи пока не входят к моду, несомненно, по той причине, что они не слишком привлекательны для журналистов, которым нужны понятные и броские заголовки, или для политиков, которые готовы предоставить СМИ именно то, что тем нужно. Немногие люди сегодня считают, что здесь уже был найден верный путь вперед.


* Стт. 23-26. Даем текст в "Современном русском переводе" (РБО). (Прим. редактора рассылки.)

** Ин.16:21-22. Даем текст в переводе В.Н.Кузнецовой. (Прим. редактора рассылки.)

*** Ср. Лк.15:23 и Мф.22:4. (Прим. редактора рассылки.)

Буду благодарен за материальную поддержку проекта.
Как это можно сделать, описано на странице messia.ru/pomoch.htm.

Здесь вы можете оценить прочитанный выпуск рассылки.
Заранее благодарен всем, кто выразит свое мнение.

Голосование эл. почтой: нажмите на ссылку, соответствующую выбранной Вами оценке, и отправьте письмо!
В теле письма можно оставить свои комментарии.
При этом, если Вы расчитываете на ответ, не забудьте подписаться и указать свой эл. адрес, если он отличается от адреса, с которого Вы отправляете письмо.
NB! На мобильных устройствах этот метод отправки письма может не работать. Поэтому, если Вы хотите задать вопрос редактору рассылки или сообщить что-то важное, надежней будет написать обычное письмо на адрес mjtap@ya.ru.

(затрудняюсь ответить)(неинтересно - не(до)читал)(не понравилось / не интересно) /

(малоинтересно)(интересно)(очень интересно)(замечательно!)

[при просмотре выпуска на сайте доступна функция "поделиться"]

messia.ru/r2/7/ap19_258.htm

Архив рассылки, формы подписки —» messia.ru/r2/
Сайт "Христианское просвещение" —» messia.ru

 »Страничка сайта вКонтакте«
»Страничка сайта в facebook«

Буду рад прочитать Ваши мнения о представляемых в рассылке текстах –
в письме, в icq или на форуме. Постараюсь ответить на вопросы.


Божьего благословения!  
редактор-составитель рассылки
Александр Поляков, священник*
(запасной адрес: alrpol0@gmail.com)
<= предыдущий выпуск серии
 
 
ЧИСТЫЙ ИНТЕРНЕТ - logoSlovo.RU Каталог Христианских Ресурсов «Светильник»